Музыка с Вадимом Демидовым

Пестрый «Чертополох»

История группы «Чертополох БэндЪ» чем-то схожа с биографиями классических питерских рок-групп. Один человек, зовут его Александр Мочалов, сочиняет песни и группирует вокруг себя музыкантов, что не против подыграть ему.

Александр не прочь себя мифологизировать — именует себя Эдлером, а когда я прошу его объяснить, что такое «Эдлер», говорит, что не знает сам. В песнях его «питерскость» тоже разлита половодьем — много стеба, иронии. И звук на альбомах бардачен, словно сводили его году в 90-м.

Собственно «Чертополох БэндЪ» возник в 2000 году, когда к Мочалову и Олегу Канакову, который был то басистом, то гитаристом, присоединилась флейтистка Анна Осипова. Прошлой весной «Чертополох» выпустил альбом «Поет Герман Валтасаров», где Мочалов исполнял стебные песни от лица выдуманного героя.

И уже под занавес года в сети появился его сольный альбомчик «Много Любви в ЛаБазе». «Много любви» — это Much Of Love — так гугл-переводчик воспроизвел фамилию Мочалов, а «ЛаБаз» — аббревиатура из фамилий Лагеда и Базунов, дома у этих ребят альбомчик и записывался.

Какие были этапы в развитии «Чертополоха»?

— Первые два года мы практически жили друг у друга, в итоге у нас выработалось свое чувство юмора, свои критерии — не только музыкальные, но и жизненные.

Мы пришли к выводу, что лучше всего излагать наше мировоззрение на контрастах — пафос и стеб, лирика и цинизм, простота и вычурность. Ирония сквозит почти во всем. Главное — иронию не превратить в юмор, ведь юмор — это нечто массово-развлекательное. Поэтому вся власть абсурду! Нам понадобились экспериментальные инструменты для звукоизвлечения. Например, газовая колонка, кофемолка или даже валенки. Всю эту утварь мы волокли с собой на концерты.

Наконец, в 2002 году в «Чертополох» пришел басист Алексей Максимов (Кай). В сущности, после того как Анька выпала из группы на три года, а Канаков перебрался в Москву, мы и являем вдвоем с Каем основной состав. Кай делает все, что не касается написания материала. Вплоть до того, что подсказывает тексты и аккорды моих песен на концертах.

— Насколько я понимаю, тебе важны не смыслы, а игра слов: «В голове опилки, на столе окурки…»

— В игре слов и метафор иной раз сам находишь неожиданные смыслы. Про опилки — крик души знакомого панка. Сам я стараюсь высказываться как можно целостней. Конкретность хороша, но она фрагментирует. Это как на воду смотреть — все перетекает, но при желании можно увидеть что угодно. Метафоричность, наоборот, затушевывает.

И, повторюсь, люблю контрасты: поставить рядом пафос и иронию, лирику и грубость. Я не противопоставляю два эти подхода. Есть прекрасный Горький, есть прекрасный Гессе. Оба на «г», и оба хороши.

— «Аквариум», с которым вас нередко сравнивают, выпустил в прошлом году очень сильный альбом, причем большинство песен отражало то, что происходит в России в последние годы. Не хочется ли тоже нечто злободневное выпустить?

— От последнего «Аквариума» впечатление двойственное. Иногда кажется, что это социальное, а порой, наоборот, очень личное. По-моему, как и что ни пиши, оно так или иначе отражает свое время — если, конечно, это искренне. У меня лучше выходит, если я расслабляюсь и позволяю песням просто происходить. Когда начинаю писать — никогда не знаю, что произойдет и о чем будет песня. И, уже перечитывая получившееся, расшифровываю. Так что все, что делается в данный момент, этот момент и отражает.

— С кем сейчас репетируешь? В каком городе?

— Я раскинулся на три города: Нижний, Москва, Питер, — и везде получается что-то свое. В Нижнем репетируем с «Чертополохом». И еще отдельно с Настей Фроловой, молодой исполнительницей, мне понравилось ее творчество и захотелось записать несколько песен вместе. Пока не понимаю, что из этого получится.

Хотелось бы чаще бывать в Питере, там отзывчивая аудитория и вообще хорошо играется. Жаль, что сложно перетащить туда весь состав «Чертополоха».

Вот ты спрашиваешь про злободневность — да, что-то хочется сказать, но для этого нужны совсем иные формы. То, что говоришь на кухне за чаем, все это ворчание не вписывается в мой песенный жанр. По крайней мере, теми словами, которыми я изъясняюсь в устной речи. Впрочем, и в «Валтасарове» немало ответов на происходящее — но в валтасаровской манере.

— А что говорится у тебя за чаем? Я некоторое время назад полагал, что все рок-музыканты либеральных взглядов, но как же я ошибался…

— Стараюсь не окрашиваться в какие-либо цвета. Навесят ярлык — пиши пропало.

Кто прав — красные или белые? По-моему, все. Телевизор боюсь смотреть, там какая-то жуть. Создается чувство, что идет целенаправленное нагнетание — проповедь уныния и одноцветности. Я за пестроту. Миру — мир!

На мой взгляд, диктатура имеет смысл, если она хотя бы оправдывается бесплатным образованием, медициной, социальной защищенностью, субсидированием искусства, пусть даже идеологического. Но я не наблюдаю этого пока. А разгул капитализма должен быть оправдан свободой слова — и этого уже не наблюдаю. Получается ерунда.

Переходный период? Но песни петь мне никто не запрещает. Если запретят — тогда буду ругаться!

Вадим ДЕМИДОВ

Общество с ограниченной ответственностью «Ежедневная городская газета Нижегородский рабочий»
Учредитель (соучредители) - Общество с ограниченной ответственностью
«Ежедневная городская газета Нижегородский рабочий», Администрация города Нижнего Новгорода
Главный редактор - Ищенко Юрий Владимирович
Телефон: (831)217 88 81
E-mail: redaktor@nrnnov.ru
Знак информационной продукции в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 29 декабря 2010 года № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»
Зарегистрировавший СМИ орган и регистрационный номер свидетельства о государственной регистрации СМИ - Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций; свидетельство ПИ №ТУ 52-01231 от 15.02.2018 г., выписка о внесении изменений в свидетельство о регистрации СМИ
Адрес: 603001, г. Нижний Новгород, ул. Кожевенная, дом 12, этаж 2